Жадовская
Virgin of Zhadovka
история:
story:
В конце 17 в. в с. Ивановское, называемом также Румянцево, находящемся в 7 верстах от нынешней пустыни, жил некий старик по имени Тихон, страдавший около двадцати лет недугом расслабления: он вовсе не владел руками и ногами. Веруя и уповая на промысл Божий, он никогда не роптал на свою жалкую участь, всегда с усердием молился Богу и Его Пречистой Матери, и в сердечной молитве всегда просил об освобождении его от такой тяжкой болезни.
В 1698 в одну из летних ночей, когда страдалец изнемогал под бременем тяжкого недуга, он начал, по-видимому, унывать и отчаиваться в своем выздоровлении. Вдруг в сонном видении является ему некая благообразная девица и, коснувшись его плеча, говорит ему: "Встань, раб Божий Тихон, и пойди в с. Жадовка на поляну, которая находится на источнике Самородки. Там на ключе увидишь ты Казанскую икону Богоматери. Почерпни из этого источника воды, испей, и ты получишь освобождение от своего долговременного недуга". Сказав это, девица скрылась, а Тихон в страхе не мог уже больше уснуть и всю оставшуюся ночь размышлял, пытаясь разгадать свое видение. Наконец, после долгого размышления, он предположил, что это было простое сновидение, и оставил его без внимания.
В другую ночь, когда Тихон уже перед самым восходом солнца уснул, ему вновь явилась прежде виденная им девица и уже с некоторым упреком говорит ему: "Что же ты, Тихон, не веруешь моим словам и не хочешь идти на указанное тебе место? Встань, оденься и иди туда, куда я тебе говорила. Там ты обретешь великое милосердие Божие к тебе и благодатную помощь Пресвятой Богородицы, Которая будет прославлена на том месте многими христианами". Больной взглянул на девицу и, ободрившись, сказал ей: " Как же я могу встать, когда я весь расслаблен и не владею моими руками и ногами?". Тогда девица, подойдя ближе к постели больного, коснулась плеча его и сказала: " Знаю, что ты расслаблен и нуждаешься в помощи свыше, но веруй в Бога, повинуйся Его св. повелению и получишь исцеление". Тихон после этого мгновенно проснулся и, как бы вне себя, вскочил со своего одра, оградил себя крестным знамением, надел на себя одежду и, не говоря ничего никому из своих домочадцев, с поспешностью ушел в с. Жадовка на указанное ему место. Тут он весь день ходил по родникам, отыскивал ключ, в котором находилась св. икона, но не мог найти его, и после долговременных усилий возвратился домой с великой духовной скорбью что не нашел объявленной ему святыни. Между тем, домашние его, не найдя утром в постели больного, сильно удивились и с недоумением спрашивали друг друга: "Куда девался наш старик, и кто втихомолку увел его и куда?". Когда же вечером увидели его, возвращающегося в дом совершенно здорового, то с радостью окружили, его и стали наперебой спрашивать его, где он был, и каким образом получил исцеление. Но Тихон ничего не отвечал, а только с радостью душевной проливал слезы и благодарил Господа за избавление от долговременных страданий. Успокоившись от внутреннего восторга и укрепившись пищей, он прилег отдохнуть, и скоро уснул. Перед самым рассветом, когда Тихон спокойно спал, вновь во сне ему явилась уже ранее описанная девица и сказала: "Ты трудился весь вчерашний день и не отыскал св. икону - она находится возле речки у поляны. Ступай туда утром и найдешь ее в ключе плавающей поверх воды". Тихон проснулся и ощутил в себе неизъяснимую радость. Он тот час встал, оделся, взял с собой свою малолетнюю внучку и спешно пошел к указанному ему месту.
Там, обойдя несколько родников, заметил он, наконец, с бугорка родничок, вытекающий из кустарника, выросшего на топком месте, к которому трудно было даже подойти. Набросав на топь срубленных тут же жердей и веток, он кое-как дошел до самого ключа, и тут, раздвинув руками кусты, увидел икону, плавающую поверх воды и сияющую неизреченным светом. Тихон, обрадовавшись обретением такого бесценного сокровища, был вне себя, и, не зная, что делать с обретенною иконой, в восторге душевном часто повторял: "Царица Небесная, спаси меня! Мати Божия, помоги мне!". Спутница же Тихона, стоя на бугорке и слыша голос дедушки, но, не видя его, стала плакать.
В это время два пастуха из с. Жадовка подогнали к ручью стадо и, увидев стоящего у ключа человека, стали спрашивать его, что он там делает. Тихон отвечал им: " Я обрёл святую икону Божией Матери, но не смею прикоснуться к ней. Подойдите сюда и посмотрите на Заступницу - вот Она!" Пастухи перешли р. Самородка, приблизились к роднику, но из-за топкости места не смогли подойти к нему, и попросили Тихона взять из воды икону и показать ее им. Тихон послушался их и, умывши истекающей из ключа водой руки и лицо, осенив себя крестным знамением, взял с благоговением икону из воды, облобызал ее и вынес на берег. Тут подошли к нему пастухи и Тихон, обливаясь от радости слезами, рассказал им все случившееся с ним. Потом, вырубив на стоящем рядом с родником дереве углубление, вставил в него обретённый образ и, взяв за руку свою малолетнюю спутницу, пошел домой объявить о случившемся всем своим домашним и односельцам. Пастухи же поспешили в Жадовку дать знать о происшедшем своим односельчанам. И вот к месту обретения Иконы стекается множество народа. Среди собравшихся было много недужных, но лишь только они прикладывались к иконе и омывались из родника водой, тут же получали исцеление.
Существуют две версии истории иконы до ее явления Тихону. Согласно первой из них, икона находилась в курной (т. е. топившейся "по-чёрному") избе и изображение на доске потемнело и стало плохо различимо. Из-за ветхости образ в половодье пустили по воде, так как выбрасывать, а тем более сжигать святые иконы запрещено, считается кощунством и великим грехом. Версия вторая: икона пришла в подобное состояние вследствие пожара и, так же по традиции, была пущена по воде р. Самородка и остановилась после спада воды в затоне недалеко от родника в трех верстах от сегодняшнего с. Жадовка.
Слухи о чуде, произошедшем по предстательству Царицы Небесной с Тихоном, разошлись по окрестным селениям, и множество народа стало прибывать к месту явления иконы с надеждой на помощь и избавление от недугов.
Чудеса же от иконы продолжали проистекать. Недужные прикладывались к иконе, омывались водой родника и получали исцеление. Об обретении святыни и происходящих от св. образа чудесах местный священник доложил Казанскому преосвященному, и после исследования всех событий, связанных с явленной святыней, икону доставили в Казань. Там икону обследовали и описали, а затем возвратили на место обретения и, по распоряжению казанского архипастыря, поместили в церкви с. Жадовки.
С образованием пустыни икона стала её главной святыней.
Однако скоро обитель упразднили.
Но так как богомольцы по-прежнему продолжали посещать это место для поклонения чудотворной иконе Богоматерь, то пустынь была восстановлена и приписана к Сибирскому архиерейскому дому.

Как только в пустыни вновь начались регулярные богослужения, и монашеская жизнь в обители была возрождена, на епархиальном уровне было решено заказать для иконы новый драгоценный оклад. Имевшуюся на образе ранее ризу, изготовленную, как было видно на клейме, в 1743, решено было заменить на более достойную такой святыни. Кстати, клеймо на старой ризе свидетельствует о том, что она была изготовлена за двадцать лет до закрытия пустыни, а значит, была в обители во время легендарного нападения на монастырь разбойников, которые "убили игумена, разогнали братию и расхитили монастырские сокровища". Однако, главное сокровище - драгоценная риза с чудотворной - осталась в обители, а, следовательно, и рассказы о разбойниках не более чем фантазия.

В начале 1846 работы по изготовлению оклада были поручены симбирскому серебряных дел мастеру Михаилу Милееву. Прежний же драгоценный оклад до поры хранился в ризнице монастыря. К октябрю того же года риза была изготовлена, и для крепления и подгонки ее к самой иконе образ был впервые за время его почитания привезен в Симбирск. Вероятно, икону на время ее пребывания в городе (на один или несколько дней) была выставлена в одном из городских храмов. Узнав об этом, к святыне начали стекаться многочисленные горожане. Однако вскоре икона была вновь увезена в пустынь.

Именно это пребывание чудотворной в Симбирске стало причиной обращения к преосвященному Феодотию с "Города Симбирска Дворян, купечества и прочего сословия жителей покорнейшим прошением".

В обращении к своему духовному главе симбиряне, в частности, писали: " … в нынешнем году наш Богоспасаемый град осчастливлен был посещением явленной иконы Пресвятыя Казанския Богородицы, приносимой сюда из Жадовской Пустыни для украшения сего Святого лика. Но посещение сие было очень кратковременно и притом без предварительнаго извещения градских жителей, которые в своих чувствах благоговеют к сей Святой иконе. Желая, чтобы вышеозначенная икона Казанския Пресвятыя Богородицы ежегодно в определенное время приносилась из Жадовской Пустыни в город Симбирск с торжественною почестию и находилась здесь не менее одного месяца, чтобы все жители могли насладиться лицезрением сей древней святыни и почтить ее подобающим поклонением, мы, нижеподписавшиеся, покорнейше просим Ваше Преосвященство учинить о сем зависящее распоряжение и во удовлетворение такового желания утешить нас своим Архипастырским на то согласием". Прошение подписано самыми известными горожанами, список которых возглавляли губернский предводитель дворянства, вице-губернатор, а также дворяне герой Бородино Петр Юрлов, майор и кавалер Петр Бабкин, П. Пазухин, А. Ермолов, П. Дмитриева, А. Веригина, Е. Столыпина, А. Киндякова, А. Мотовилова, генерал-майор А. Дувинг, симбирский градский голова И.Сапожников. Епископ Феодотий благосклонно отнесся к прошению горожан и обратился с соответствующей просьбой в Святейший Синод. Летом следующего 1847 из Синода пришел документ, из которого явствовало, что "Государь Император (Николай Павлович) по всеподданнейшему докладу Синодального господина обер-прокурора в 28-й день июня Высочайше утвердить соизволил определение Святейшего Синода от 23 мая того же года о дозволении приносить ежегодно на один месяц Чудотворную Икону Казанской Божией Матери из Жадовской Пустыни в г. Симбирск". В 1848 икону первый раз торжественно принесли в Симбирск, затем, на протяжении восьмидесяти лет, до 1927 включительно, горожане с почестями ежегодно встречали чудотворную, изливая пред ней свои молитвы и приобщаясь этим к Небесному Горнему Миру - месту вечного пребывания Владычицы мира. Симбирску в 1848 исполнилось двести лет. Однако, тогда еще не было доподлинно известно точное время основания города. Значительно позже, в конце века, историками по архивным материалам была установлена точная дата основания боярином Богданом Матвеевичем Хитрово по указу царя Алексея Михайловича крепости Синбирск - 1648. Первый раз юбилей города - 250-летие - был отмечен лишь в 1898. Однако, по воле Божьей, и двухсотлетний юбилей был отмечен великим для Симбирска событием - началом ежегодного принесения в губернский град Жадовской иконы.

По определению, направленному Министром Внутренних Дел Перовским симбирскому губернатору действительному статскому советнику Н.М. Булдакову и составленному на основании решения Святейшего Синода о разрешении принесения иконы, она должна приноситься в Симбирск 15 мая, если будет воскресный день, иначе же в первый после этого воскресный день. Из пустыни икона торжественно выносилась в сопровождении нескольких монашествующих за семь дней до того числа, когда она должна была прибыть в Симбирск. Во время несения иконы крестным ходом в Симбирск в селах и деревнях, через которые ход шел, сопровождающим святыню монастырским духовенством совершаемы были молебствия. В канун дня прибытия в город ход с иконой останавливался в храме с. Баратаевка в нескольких верстах от Симбирска. На следующий день в 6 часов утра крестный ход выходил из Баратаевки.

В то же время в Симбирске в Покровском мужском монастыре собиралось городское духовенство во главе с архипастырем, а также многотысячная толпа богомольцев. По выслушании часов в Благовещенском соборе монастыря участники крестного хода двигались навстречу иконе. На пятой версте от Симбирска по Московскому тракту городской ход останавливался у специально выстроенной каменной часовни и ожидал ход с иконой из Баратаевки. После встречи святыни у часовни свершается молебен с чтением Евангелия, и огромный крестный ход направляется в город. Встреча чудотворной и сам крестный ход в город - все было подчинено специально составленному для этого церемониалу.
В Симбирск крестный ход двигался следующим порядком:
1) впереди хода шли несколько человек жандармов во главе с начальником команды,
2) рота гарнизонного батальона,
3) рота батальона кантонистов,
4) воспитанники гимназии и семинарии с их воспитателями,
5) часть богомольцев простого звания, в числе которых должны были быть удельные (т.е. государственные) крестьяне со своим головой и старшинами, имеющие парадные кафтаны,
6) цеховые со своими значками - их конвоируют два унтер-офицера гарнизонного батальона,
7) несколько человек почетных мещан,
8) несколько человек почетных купцов,
9) неслужащие дворяне - их конвоируют два унтер-офицера гарнизонного батальона,
10) архиерейские певчие - также под конвоированием двух гарнизонных унтер-офицера,
11) большой фонарь с зажженной свечой,
12) большой крест, хоругви, св. иконы городских церквей,
13) духовенство: причетники в стихарях, диаконы с кадилами, священники, протоиереи и архимандриты в облачениях, старший протоиерей несет на блюде крест, а второй из протоиереев со св. евангелием, иподиаконы с дикирием и трикирием,
14) городской голова с бургомистром в мундирах несут чудотворную икону и над ней диаконы держат рипиды - их конвоируют четыре унтер-офицера гарнизонного батальона,
15) архиерей, имея позади себя протодиакона и диакона - их также конвоируют четыре унтер-офицера гарнизонного батальона,
16) гражданский губернатор, губернский предводитель дворянства, вице-губернатор, председатели палат, губернский прокурор и другие начальствующих отдельных частей лица, также уездный предводитель в полных мундирах,
17) члены и чиновники всех присутственных мест и ведомств, а за ними дворянство, почетное купечество также конвоируемые унтер-офицерами и частным приставом,
18) взвод гарнизонного батальона,
19) богомольцы простого звания,
20) по сторонам процессии идут несколько рядовых гарнизонного батальона, полицейские низшие чины, квартальные и несколько верховых жандарм.
Весь многотысячный ход представлял собой воистину величественнейшее зрелище, а чувства верующих были воистину самыми возвышенными и ликующими.

Вот как описывает очевидец принесения образа в Симбирск в 1857 (к тому времени это событие уже стало воистину всеобщим праздником, который получил в народе наименование "Встреча"): "Надобно быть свидетелем общего сочувствия этому умилительному празднеству, которое так глубоко проникает в душу каждого богомольца: хоругви и образа соборов и церквей Симбирска, звон колоколов, ряд духовных с архимандритом, и во главе их в глубоком смирении идущего архиепископа за город, во сретение Заступницы. Сколько чувствований благодатных, неземных, пробуждается при этом благоговейно - умилительном торжестве, сколько отрадных, утешительных надежд на милость и ходатайство Заступницы поселяется в душе богомольца! Вот шествие останавливается на назначенном месте, как сказано на 4 версте, полчаса ожидания,… и вдали показывается толпа пешеходов, идущих из с. Баратаевки. Это усердные богомольцы, отправившиеся накануне за двенадцать верст, в сельцо, и ночевавшие там вместе с образом, а иные прибыли в тот день туда, другие с раннего утра, за несколько верст от города встретив его, возвращаются, неся икону в киоте, на раменах своих, в сопровождении иеромонаха из пустыни. Вот толпа народа вместе с иконою приблизилась, и архиепископ идет во сретение ее для принятия; вносит икону вместе с начальником губернии на устроенный помост, где ожидает ее все духовенство с хоругвями и крестами. Тут высокопреосвященный со всем духовенством совершает молебен с водосвятием и провозглашает многолетия… По окончании молебствия усердные богомольцы с пламенным усердием и молитвою, теснятся вокруг иконы, желая удостоиться хоть несколько сажен по пути к городу понести образ, сопровождаемый несметными толпами народа, собравшихся не только из окрестных деревень, но и из отдаленных городов Симбирской и других губерний. При внесении в город иконы, шествие направилось к Троицкому собору, с совершением литии перед Вознесенским собором, и потом икона торжественно была внесена в Свято-Троицкий собор. Там после совершения высокопреосвященным Феодотием, архиепископом Симбирским и Сызранским, Литургии жители города прикладывались к иконе, которая теперь носится по домам усердных богомольцев Симбирска и будет здесь до 16 числа июня. По прошествии четырех недель икона тем же порядком и с такой же торжественностью, понесется обратно в пустынь Саратовским трактом".

Такой порядок был установлен спустя несколько лет после первого принесения иконы в Симбирск.
В 1848 икону на две недели определили в Покровский мужской монастырь, третью неделю святыня пребывала в Спасском девичьем монастыре, а на последнюю, четвертую неделю, образ переносился в кафедральный Троицкий собор, из которого и износился обратно в пустынь.
Через несколько лет крестный ход с иконой направлялся сразу в Троицкий собор, откуда по особо составленному графику переносился поочередно практически во все из более двадцати городских храмов. В приходах этих церквей чудотворную приносили в дома верующих для совершения молебнов и водосвятий.
В 1849 благодарные Богу симбиряне, в память высочайшего соизволения на ежегодное приношение иконы в Симбирск, устроили на древнюю икону святителя Николая, небесного покровителя императора Николая I, в посвященном чудотворцу приделе монастырского храма серебряную ризу с золочёными венцами общим весом более 11 фунтов.

Вероятно, именно в это время преосвященный Феодотий пожертвовал в пустынь копию чудотворной иконы, которая являлась "мерой и подобием явленного образа" Казанской Богоматерь. Осознавая, что пустынь, устроенная ради явления на этом месте прославленной иконы, не может оставаться без св. лика Пречистой даже на время, симбирский архипастырь распорядился, чтобы на место самой чудотворной во время нахождения ее "в ходу" при посещении Симбирска ставилась копия образа. Именно на этот список был положен старинный оклад с самой иконы, хранившийся до этого в ризнице пустыни. Копию образа поместили с левой стороны от царских врат в приделе Тихона Амафунтского. Сия копия, по преданию, также прославлена многими чудесами и знамениями.

В 1930 пустынь была разорена. За несколько дней до приезда в обитель сотрудников ОГПУ и НКВД, арестовавших оставшихся монахов и закрывших монастырь, управляющий пустынью архимандрит Каллист был тайно оповещен о грядущих событиях. Отец Каллист, призвав к себе оставшихся из братии иеромонахов Аркадия и Дамаскина, сообщил им свое решение: отдать властям все сохранившиеся в храме ценности, ни о чем не сожалеть и ничего не пытаться сохранить. Одно необходимо было сделать - спрятать и уберечь Чудотворную! Любыми способами. Себя братия решила предать воле Божией. Икону тайно вынули из киота и из драгоценного оклада. Вместо нее был помещен иной, подобный по размерам, образ с тем, чтобы отсутствие подлинника не сразу бросилось в глаза. Архимандрит Каллист решил передать Икону на сохранение своему духовному чаду - бывшему земскому врачу Сергею Алексеевичу Архарову, в то время работавшему врачом на суконной фабрике в рабочем поселке им. Ленина, рядом с Жадовкой. Св. образ был завернут в епитрахиль и тайно вынесен из обители. Так святыня, более двухсот лет почитаемая и известная практически во всей Руси великой, оставила посвященный ей монастырь.
Дома С. А. Архаров закрыл чудотворную жестяным литографическим образом Казанской Богоматерь и поместил среди прочих икон в красном углу. Святой образ стал простой недорогой иконой. У Архарова икона хранилась недолго. Во время начавшейся новой волны репрессий в конце 30-х годов поволжская интеллигенция была обвинена в контрреволюционном заговоре. Ожидая ареста, Архаров попросил тёщу, которая проживала вместе с ними, отдать икону Николаю Алексеевичу Ираклионову, работавшему тогда бухгалтером на лесопильном заводе в поселке Барышского мясокомбината.
У Н.А. Ираклионова икона хранилась до начала 80-х годов. Будучи к тому времени уже в достаточно преклонном возрасте, Николай Алексеевич начал задумываться, кому передать святыню, чьей заботе доверить дальнейшее хранение иконы. Времена для Церкви оставались сложными. В это время супруга Ираклионова и его двоюродный брат познакомились с молодым, только что назначенным на должность настоятеля Никольского храма с. Оськино Инзенского района, священником Николаем Тимофеевичем Шитовым. Будучи прихожанкой этого храма, женщина посоветовала супругу обратиться к о. Николаю, а перед своей кончиной просила Ираклионова передать икону только этому молодому батюшке. Николай Алексеевич стал чаще посещать Никольский храм, ближе познакомился с отцом Николаем, и, убедившись в его благочестии и надежности, открылся ему и сообщил о своем решении передать икону на батюшкино попечение. Ираклионов высказал условие: о. Николай должен изготовить ризу для иконы, для чего он принес батюшке прорись образа на кальке, а также отслужить перед ней дома у Николая Алексеевича молебен с водосвятием. Риза была изготовлена, и о. Николай, придя в дом Ираклионова, впервые увидел Чудотворный лик Пресвятой Богородицы. Был отслужен молебен, на икону надели новую ризу, и бывший хранитель чудотворной, со слезами простившись со святыней, передал ее в руки о. Николая Шитова. До последних дней своей жизни Н.А. Ираклионов приходил в дом о. Николая помолиться перед св. образом. С батюшки же старик пред чудотворной взял слово, что икона будет храниться у него в тайне до открытия монастыря - надежда на это была жива всегда. Более десяти лет святыня хранилась у о. Николая дома в его молельне. Все домашние - матушка, трое детей, - знали, что за икона находится в их жилище. Но никто из них никогда и никому, помня обет о. Николая, не сказал об этом ни слова.
На протяжении нескольких лет, часто служа в храме с. Оськино, преосвященный владыка Прокл бывал в гостях у отца Николая. Посещая домашнюю молельню батюшки, епископ симбирский обращал внимание и на простенькую старинную иконку Казанской Богоматерь, стоящую на самом почетном месте. Однако о. Николай, помня свое обещание Ираклионову, не открыл владыке Проклу историю этого образа. Какое же чувство ответственности было у о. Николая, когда у него дома в беседах с епископом Проклом не раз обсуждалось прошлое и будущее Жадовской обители, и с великой печалью архипастырь воздыхал об утраченной чудотворной святыне, а он не смел открыть владыке, что образ находится совсем рядом - за стеной молельни! Лишь после того, как Священным Синодом было дано благословение на открытие Жадовской обители, отец Николай Шитов поведал епископу Проклу о сохранении и месте нахождения чудотворной Жадовской Казанской иконы Богоматерь.
1 мая 1997 в дом протоиерея Николая Шитова прибыла Комиссия епархиального управления для составления акта передачи и описания вновь явленной святыни. В состав комиссии под председательством епископа Ульяновского и Мелекесского Прокла вошли члены епархиального совета протоиерей Борис Крыжин, протоиерей Николай Шитов, игумен Антоний (Соколов), протодиакон Алексий Скала, а также священник Илья Григорьев и иеромонах Иоасаф (Родионов). Протодиаконом Алексием Скала было составлено подробное описание обретенного образа и написан текст акта освидетельствования иконы.
2 мая духовенство во главе с архипастырем прибыло в Никольский храм с. Оськино. Туда же была доставлена и обретенная икона. Так случилось, что именно в этот день на пасхальной светлой седмице совершалось празднование иконы "Живоносный источник" - той самой иконы, которой был посвящен храм на святом источнике в Жадовской пустыни. Трудно было не усмотреть в этом благословение самой Богородицы и усугубление радости от второго обретения Жадовской святыни. Перед началом литургии икону положили на св. престол и в алтаре зачитали акт об обретении святыни. Духовенство освидетельствовало образ, а затем сослужащие архиерею члены епархиальной комиссии подписали "Акт освидетельствования иконы Казанской Богородицы". В нем, в частности, было сказано: "Исходя из вышеприведенного описания представленного к освидетельствованию образа, опираясь на имеющиеся описания Казанской иконы Божией Матери из Жадовской обители Симбирской епархии, составленные в прошлом веке, принимая во внимание многочисленные характерные особенности освидетельствуемого образа, изучив в подробностях историю сохранения сего образа с момента изнесения его из ликвидируемой обители до сего дня, мы с радостью и благодарностью Подателю всех благ Господу и Его Пречистой Матери свидетельствуем: представленный к освидетельствованию образ есть истинная Чудотворная икона Казанской Божией Матери, издревле почитаемая в Симбирске и Симбирской губернии, находившаяся в Богородице-Казанской Жадовской пустыне до момента ее закрытия и по милости Божией сохранившаяся до сего времени и ныне, по воле Господней, нами обретенная. С радостью велией свидетельствуем об этом и пред вновь обретенным Образом Пречистой Девы с умилением восклицаем: "Пресвятая Богородице, спаси нас!".
Вновь обретенную святыню поместили в специально изготовленный киот, который затем установили на горнем месте. После совершения божественной литургии был отслужен молебен пред чудотворной и ее обнесли крестным ходом вокруг храма. Со слезами радости многочисленные православные верующие прикладывались к обретенной иконе, прося у Царицы Небесной спасения и благодаря Ее за явленную милость. Через несколько часов кортеж автомобилей двинулся из с. Оськино в Ульяновск. В машине преосвященного владыки Прокла в древний Симбирск ровно через семьдесят лет после последнего посещения этого града (вновь промысел Божий!) направилась чудотворная Жадовская икона. По пути следования кортежа была сделана остановка в храме с. Прислониха, где в присутствии многосотенного собравшегося народа был отслужен молебен. И вновь - дорога в Ульяновск. А в это время город ожидал прибытия святыни. У Воскресенского храма собрались тысячи православных симбирян. Из Неопалимовского кафедрального собора, из других храмов города с хоругвями и иконами вышли в сретение Заступницы духовенство и верующие. Радость и волнующее ожидание было таким, будто сама Пречистая направляется к своему народу! Вот показались автомашины, и, спустя несколько мгновений, чудотворный лик был явлен ожидающим его симбирянам. Как вздох, как дуновение благодатного эфира над многотысячной толпой пронеслось: "Пресвятая Владычице, спаси нас!". Икону приняли на руки старшие священники, и крестный ход двинулся к кафедральному собору. В среде хода, в окружении народа Божия, в клубах благовония кадильного была несена икона Заступницы Усердной, и, верилось, что милость Пречистой Богородица вновь с этим покинутым Ею семь десятилетий назад градом и его людьми. В ознаменование радостного и благодатного дня второго обретения чудотворной иконы Жадовской святейший патриарх Московский и всея Руси Алексий II благословил совершать память сего события ежегодно 2 мая по новому стилю. "Да источаются и впредь милости и предстательство Царицы Небесной от Ея Чудотворного образа, обретенного вновь", - писал святейший преосвященному симбирскому архипастырю.
Virgin museum
Peter museum
Mycrossof
Valenik Рейтинг@Mail.ru